яна Савина
Фарфор двух столиц
главные различия московской и петербургской школ росписи
Уверена, вы замечали, насколько разными могут быть фарфоровые чашки. Одна — тонкая, строгая, с аккуратным рисунком и большим количеством белого фарфора. Другая — широкая, объёмная, яркая, вся в цветах.
Кажется, что так придумал художник. Но на самом деле за этими различиями стоит целая художественная традиция.
Фарфоровые заводы развивались в разных школах. Условно их принято разделять на петербургскую и московскую школы росписи.
Сразу скажу: это не официальные заводские категории. На фабриках, конечно, не было табличек «здесь петербургская школа», «здесь московская». Скорее, это искусствоведческое разделение двух традиций.
Сравним эти школы по нескольким критериям, чтобы разница стала для вас очевидной.
Кажется, что так придумал художник. Но на самом деле за этими различиями стоит целая художественная традиция.
Фарфоровые заводы развивались в разных школах. Условно их принято разделять на петербургскую и московскую школы росписи.
Сразу скажу: это не официальные заводские категории. На фабриках, конечно, не было табличек «здесь петербургская школа», «здесь московская». Скорее, это искусствоведческое разделение двух традиций.
Сравним эти школы по нескольким критериям, чтобы разница стала для вас очевидной.
Исторический контекст
Начну с истории, потому что она многое объясняет.
Петербургская традиция связана прежде всего с Императорским фарфоровым заводом.
Рядом были императорский двор, Академия художеств — это влекло за собой большие государственные заказы и парадные приёмы.
Представьте, для кого создавался этот фарфор: для дворцов, торжественных обедов, официальных церемоний, подарков первым лицам. Отсюда и характер петербургского фарфора. Ему присущи выверенность, сложные композиции, точность рисунка, большое внимание к форме и деталям.
Один из самых ярких примеров — «Арабесковый» сервиз, созданный в 1784 году для Екатерины II.
В нём было 973 предмета. Представляете масштаб? При этом каждый предмет входит в общий строй, независимо от того, что это — тарелка, блюдо, соусник или суповая чаша.
Строгие классицистические формы, античные мотивы, орнаменты в духе Помпей и Геркуланума, скульптурные настольные украшения. Такой сервиз хочется долго-долго рассматривать.
Начну с истории, потому что она многое объясняет.
Петербургская традиция связана прежде всего с Императорским фарфоровым заводом.
Рядом были императорский двор, Академия художеств — это влекло за собой большие государственные заказы и парадные приёмы.
Представьте, для кого создавался этот фарфор: для дворцов, торжественных обедов, официальных церемоний, подарков первым лицам. Отсюда и характер петербургского фарфора. Ему присущи выверенность, сложные композиции, точность рисунка, большое внимание к форме и деталям.
Один из самых ярких примеров — «Арабесковый» сервиз, созданный в 1784 году для Екатерины II.
В нём было 973 предмета. Представляете масштаб? При этом каждый предмет входит в общий строй, независимо от того, что это — тарелка, блюдо, соусник или суповая чаша.
Строгие классицистические формы, античные мотивы, орнаменты в духе Помпей и Геркуланума, скульптурные настольные украшения. Такой сервиз хочется долго-долго рассматривать.
Московская и подмосковная традиция складывалась иначе. Здесь огромную роль играли частные фабрики: Гарднера в Вербилках, Попова в Горбунове и другие производства.
Конечно, они тоже выполняли серьёзные заказы. Например, на заводе Гарднера создавались знаменитые орденские сервизы — Георгиевский, Андреевский, Александровский, Владимирский. Поэтому говорить, что московский фарфор был проще петербургского, точно нельзя.
Но рядом с парадными вещами здесь активно развивался фарфор для частной жизни: чайные сервизы, чашки, чайники, блюда, небольшие комплекты. Мне очень нравится здесь пример фабрики Попова и сервизов тет-а-тет, рассчитанных всего на двоих. Чайник, две чашки, сахарница, поднос — и сразу совсем другое настроение. Уже представляется маленькое чаепитие, разговор, утро дома.
Делаем промежуточный вывод:
Петербургская традиция во многом формировалась дворцом и академической культурой, а московско-подмосковная — ещё и частным домом, повседневной жизнью, вкусами разных покупателей.
Форма: строгая или объёмная
Дальше посмотрите на сам силуэт чашки. В петербургской традиции мы часто встречаем более строгие, собранные, изящные формы. Чашка может быть вытянутой, с чётким силуэтом, аккуратными пропорциями. В ней чувствуется определённый порядок.
Московские чашки выглядят иначе. Они обычно шире, объёмнее, округлее. Иногда чашка кажется более приземистой, более пышной, сильнее расширяется кверху. Такая форма уже задаёт совершенно другое настроение.
На большой округлой поверхности прекрасно чувствуют себя крупные цветы, букеты, яркие цветовые пятна. Художнику буквально есть где развернуться.
Если поставить рядом две чашки, разница считывается моментально. Одна выглядит более стройной и собранной, другая — более объёмной и нарядной. Конечно, это не железное правило. У заводов было огромное количество форм, они менялись вместе со временем, модой и назначением сервиза.
Дальше посмотрите на сам силуэт чашки. В петербургской традиции мы часто встречаем более строгие, собранные, изящные формы. Чашка может быть вытянутой, с чётким силуэтом, аккуратными пропорциями. В ней чувствуется определённый порядок.
Московские чашки выглядят иначе. Они обычно шире, объёмнее, округлее. Иногда чашка кажется более приземистой, более пышной, сильнее расширяется кверху. Такая форма уже задаёт совершенно другое настроение.
На большой округлой поверхности прекрасно чувствуют себя крупные цветы, букеты, яркие цветовые пятна. Художнику буквально есть где развернуться.
Если поставить рядом две чашки, разница считывается моментально. Одна выглядит более стройной и собранной, другая — более объёмной и нарядной. Конечно, это не железное правило. У заводов было огромное количество форм, они менялись вместе со временем, модой и назначением сервиза.
Композиция: порядок или свобода
Теперь обращаем внимание на то, как рисунок расположен на чашке.
Для петербургской традиции это особенно важно, потому что там роспись часто подчиняется форме. Она подчёркивает изгиб чашки, идёт по борту тарелки, повторяет рельеф, оставляет свободные участки белого фарфора.
Хороший пример — знаменитая «Кобальтовая сетка» ЛФЗ. Рисунок очень простой: пересекающиеся синие линии, золотые звёздочки, белый фон. Но посмотрите, насколько точно всё рассчитано. Сетка ложится на форму «Тюльпан», подчёркивает её и при этом не перегружает. Белый фарфор остаётся полноценной частью композиции.
Попробуйте мысленно сделать сетку крупнее, плотнее, заполнить ей всю поверхность, и чашка сразу потеряет часть своей лёгкости.
Ещё ярче это видно в «Рафаэлевском» сервизе Императорского фарфорового завода. Тут огромное количество деталей: гротески, фигуры, гирлянды, фантастические существа, орнаменты, но при всей сложности рисунок остаётся организованным.
Теперь обращаем внимание на то, как рисунок расположен на чашке.
Для петербургской традиции это особенно важно, потому что там роспись часто подчиняется форме. Она подчёркивает изгиб чашки, идёт по борту тарелки, повторяет рельеф, оставляет свободные участки белого фарфора.
Хороший пример — знаменитая «Кобальтовая сетка» ЛФЗ. Рисунок очень простой: пересекающиеся синие линии, золотые звёздочки, белый фон. Но посмотрите, насколько точно всё рассчитано. Сетка ложится на форму «Тюльпан», подчёркивает её и при этом не перегружает. Белый фарфор остаётся полноценной частью композиции.
Попробуйте мысленно сделать сетку крупнее, плотнее, заполнить ей всю поверхность, и чашка сразу потеряет часть своей лёгкости.
Ещё ярче это видно в «Рафаэлевском» сервизе Императорского фарфорового завода. Тут огромное количество деталей: гротески, фигуры, гирлянды, фантастические существа, орнаменты, но при всей сложности рисунок остаётся организованным.
Московская традиция гораздо свободнее. Художник может поставить на чашку крупный цветочный букет, рядом добавить несколько маленьких цветов, веточку, золочение. При этом хороший мастер всё равно чувствует форму и прекрасно понимает, куда поставить букет. Но само настроение другое.
Так, Петербургская композиция чаще кажется более собранной и выверенной, московская — более свободной и декоративной.
Рисунок: тонкая линия или широкий мазок
Самое заметное различие — манера росписи. Для петербургской традиции характерны точность, тонкая линия, сложный орнамент, внимание к деталям, работа с кобальтом и золотом, более сдержанное отношение к цвету.
Возьмите тот же «Рафаэлевский» сервиз (правая картинка выше). Фарфоровая поверхность там превращается будто в живописное полотно. Каждая деталь требует огромной точности руки.
Московско-подмосковная традиция охотнее работает цветом и кистью.
Если вы хоть раз видели знаменитые дулёвские «агашки», то наверняка сразу поймёте меня. В глаза сразу бросается крупный цветок, открытый цвет, широкий мазок, живая рука художника.
Так, Петербургская композиция чаще кажется более собранной и выверенной, московская — более свободной и декоративной.
Рисунок: тонкая линия или широкий мазок
Самое заметное различие — манера росписи. Для петербургской традиции характерны точность, тонкая линия, сложный орнамент, внимание к деталям, работа с кобальтом и золотом, более сдержанное отношение к цвету.
Возьмите тот же «Рафаэлевский» сервиз (правая картинка выше). Фарфоровая поверхность там превращается будто в живописное полотно. Каждая деталь требует огромной точности руки.
Московско-подмосковная традиция охотнее работает цветом и кистью.
Если вы хоть раз видели знаменитые дулёвские «агашки», то наверняка сразу поймёте меня. В глаза сразу бросается крупный цветок, открытый цвет, широкий мазок, живая рука художника.
Представьте рядом чашку ЛФЗ с «Кобальтовой сеткой» и дулёвскую чашку с «агашкой». У первой мы замечаем линию, ритм, белое пространство, точность. У второй — цветок, цвет, широкий мазок, движение кисти.
Конечно, нельзя увидеть на чашке розочку и сразу решить: «Москва!» История фарфора гораздо сложнее. Заводы влияли друг на друга, художники переходили с производства на производство, менялись стили, мода и технологии.
Но в следующий раз, когда вам попадётся интересная чашка, попробуйте не останавливаться на мысли «красивая». Сначала посмотрите на её форму. Она строгая и вытянутая или широкая и объёмная? Затем на композицию. Как рисунок расположен на чашке? Он подчёркивает силуэт или свободно занимает поверхность? Много ли осталось белого фарфора?
После этого рассмотрите сам рисунок. Линия тонкая и точная или виден широкий живой мазок? Цвета сдержанные или открытые и яркие? Перед вами сложный орнамент, академическая миниатюра или большой цветочный букет?
Именно с таких вопросов постепенно развивается насмотренность. Вы уже начинаете понимать, почему чашка выглядит именно так и какая художественная традиция за ней стоит.
Буду ждать вас на 3 потоке курса "Винтаж в интерьере". Мы начинаем уже 20 сентября.
Конечно, нельзя увидеть на чашке розочку и сразу решить: «Москва!» История фарфора гораздо сложнее. Заводы влияли друг на друга, художники переходили с производства на производство, менялись стили, мода и технологии.
Но в следующий раз, когда вам попадётся интересная чашка, попробуйте не останавливаться на мысли «красивая». Сначала посмотрите на её форму. Она строгая и вытянутая или широкая и объёмная? Затем на композицию. Как рисунок расположен на чашке? Он подчёркивает силуэт или свободно занимает поверхность? Много ли осталось белого фарфора?
После этого рассмотрите сам рисунок. Линия тонкая и точная или виден широкий живой мазок? Цвета сдержанные или открытые и яркие? Перед вами сложный орнамент, академическая миниатюра или большой цветочный букет?
Именно с таких вопросов постепенно развивается насмотренность. Вы уже начинаете понимать, почему чашка выглядит именно так и какая художественная традиция за ней стоит.
Буду ждать вас на 3 потоке курса "Винтаж в интерьере". Мы начинаем уже 20 сентября.